AgriTimes - Сельское Хозяйство, Агробизнес, Новости, Обзоры рынков, Растениеводство, Производство молока и Сельхозтехника. - AgriTimes.ru

Архив материалов

Решение проблемы отечественной продовольственной безопасности

19/10/2015

Причины недоборов урожаев и убыточности сельского хозяйства

Экономическое состояние отрасли

С августа 2012 года после вступления в ВТО, после начала действия подписанных нашей страной договоренностей, де-факто величина господдержки отечественного сельского хозяйства в рамках «желтой корзины» ВТО ограничилась пятью процентами бюджета гектара. В феврале 2015 г. на Всероссийском агрономическом совещании бывший министр сельского хозяйства страны Николай Федоров озвучил следующие цифры: рентабельность сельхозпредприятий страны сегодня стремится к нулю. Господдержка позволяет нам получать рост рентабельности на три процента. Необходимой величиной доходности отрасли (величина рентабельности активов) считают 30%. Цена банковских кредитов в сельском хозяйстве на весну 2015 г. была не менее 25%.  Величина банковской задолженности сельхозпредприятий на 2014 г. превышала объём произведенной продукции в сельском хозяйстве в денежном выражении.

Вывод: экономических резервов для рывка в области достижения продовольственной независимости в РФ на данный момент нет. Выступления представителей власти относительно решения проблемы продовольственной безопасности носят декларативный характер.

В сельском хозяйстве страны создалась ситуация, которую мы называем агротехнологическим коллапсом

«Умные советы» представителей сельскохозяйственной науки, основанные на разработанных в 80-е годы ХХ столетия агротехнологиях входят в противоречие с экономической ситуацией в хозяйствах и не могут быть реализованы. С конца 60-х годов в нашей стране повсеместно внедрена агротехнологическая модель отца-основателя «зеленой революции» Нормана Борлоуга.

В своей книге «Семена разрушения: тайная подоплека генетических манипуляций» 2007 американский экономист Уильям Энгдаль, описывая эту ситуацию, указывает на несколько моментов:

  • Данная модель оказалась эффективной в мире только на 20% почв. На остальных землях, где внедрили эту модель, начали происходить активные процессы деградации
  • Возникла тревожная зависимость сельского хозяйства многих стран от производителей химических средств защиты растений, которые объединены в транснациональные корпорации
  • Производство семян высокопродуктивных сортов и гибридов также оказалось сосредоточено в руках транснациональных семеноводческих корпораций, которые имеют последнее время тенденцию слияния с химическими. Также в этом контексте идёт создание ГМ-сортов сельхозкультур, биобезопасность которых до сих пор не доказана
  • В мире наблюдается тревожная тенденция блокирования на национальном уровне развития иных, альтернативных химическим подходам агротехнологий

Добавлю, 75% семян кукурузы и подсолнечника - импортные. Производство отечественных химических пестицидов строится исключительно на импортном сырье, чаще всего китайском, поскольку по досадной случайности еще в 70-80 х гг. в СССР отказались от производства собственных пестицидов. Существующие отечественные производства основаны лишь на приготовлении смесевых композиций из импортного сырья. Именно здесь, в абсолютной зависимости от импорта химии и семян мы видим проблему, не позволяющую создать Систему национальной продовольственной безопасности.

К этому хочу добавить ещё несколько моментов.

Из-за ценового диспаритета фактический рост цен на химические препараты и минеральные удобрения значительно опережает рост цен на сельскохозяйственную продукцию, ввиду чего основная часть прибыли в сельском хозяйстве уходит к химикам. При этом эффективность химических удобрений из-за биологической деградации почв неуклонно снижается. Так в середине 1960-х величина прибавки зерна от килограмма сложных NPK-удобрений в норме была 6-6,5 кг. К началу 1990-х этот показатель уменьшился до 4-4,5 кг. Сейчас это - 3-4 кг, что при такой прибавке делает применение минеральных удобрений в выращивании полевых культур экономически нерентабельным. Именно этот момент, а не отсутствие оборотных средств у сельхозпредприятий в первую очередь привёл к резкому снижению спроса на минеральные удобрения в нашей стране. Сейчас только 20% произведенных в России удобрений идёт на поля, остальное уходит на экспорт. При этом – нужно отметить особо – тема низкой эффективности минеральных удобрений в нашей стране даже не обсуждается.

Животноводство

Отрасль, поставляющая продукцию и органическое вещество для поддержания углеродного баланса почв с привязанными к нему севооборотами по производству фуражных культур, в привычном виде осталось в прошлом и плохо просматривается в туманном будущем. Поголовье крупного рогатого скота молочного и мясного направления в стране доведено до минимума. Дефицит своего молока покрывается за счет импортных молочных продуктов и импортного молочного порошка.

Вместо производства мяса КРС мы имеем экспоненциальный рост индустриального производства «быстрого» мяса – свинины и бройлерной птицы. Проблема переработки миллионов тонн продуктов их жизнедеятельности 2 и 3 классов опасности в стране не решена. Без переработки же их невозможно применять для удобрения полей из-за риска разрушения природных и агроэкосистем. Всё это захоранивается в лагунах и балках природного происхождения, а власти и экологи вынуждены смотреть на это сквозь пальцы, поскольку свободных экономических ресурсов у сельхозпроизводителей сегодня нет, так же, как нет и приемлемых технологий переработки. Государство платить за утилизацию, видимо, не в состоянии. Выстроенных моделей «животноводство-растениеводство» в рамках сельского хозяйства образца 1980-х сегодня практически нет.

Несколько слов о плодородии почвы

Несмотря на то, что эта тема постоянно обсуждается, что есть попытки внести в законодательную базу законы по охране плодородия почв, термин «плодородие почвы» давно не обновлялся, и существует только гостовское, ещё советских времен определение, хотя представление об этом феномене меняется. Существуют две точки зрения на плодородие почвы.

Агрохимики изучают аспекты почвы, связанные с представлением о минеральном питании растений, а также наличие и формы доступных для питания растений основных и микроэлементов. Поэтому, в представлении агрохимиков, плодородие рассматривается только в контексте наличия элементов минерального питания, почему и способы повышения плодородия остаются в рамках внесения химических веществ, т.е. солей этих элементов.

Действуя по принципу Юстуса Либиха, для выращивания урожая мы забираем из почвы вышеупомянутые химические элементы, и должны их туда возвратить; согласно этой же идее, растительные остатки и другие виды органических соединений почвы необходимо разлагать до неорганических соединений. Отсюда девиз агрохимиков: «Сыпь больше селитры и будет тебе счастье!».

Почвоведы изучают аспекты почвы, связанные с механизмами образования почв и их функционированием. Они утверждают, что в почве с древних времён идёт непрекращающийся процесс естественного почвообразования. В ходе процесса растения поставляют в почву органическое вещество (корневые выделения и растительные остатки) - источник питания для почвенных и ризосферных микроорганизмов. Микроорганизмы выделяют химически активные вещества, растворяющие почвенные минералы, благодаря чему содержащиеся в них химические элементы переходят в доступные для растений формы. Также для функционирования всей экосистемы нужен азот, который улавливают из воздуха ряд специализированных почвенных микроорганизмов.

Поэтому микробную биомассу, как и вообще всю живую почвенную биомассу – дождевых червей и пр., и то органическое вещество, которым она питается, нужно не минерализовывать, а беречь и накапливать. Также можно и нужно управлять составом этой биомассы, тогда «завод» по производству питания для растений будет бесплатно работать на нашем поле. Это естественное производство питания – и есть плодородие почвы.

С практической точки зрения нас интересует вопрос: насколько интенсивен этот естественный процесс почвообразования и может ли он обеспечить поступление элементов питания для формирования больших урожаев? Можно ли управлять интенсивностью этого процесса? Увы, этим наши почвоведы не занимаются. Этим занимались их «смежники» из Института биохимии и физиологии растений и микроорганизмов РАН и ряда других НИИ в период до 1989 года, как раз в рамках изучения почвенных биоценозов – взаимоотношений в системе растения-микроорганизмы-почва. В 1980-х в нашей стране работало в этом направлении несколько научных групп, но к 1990 году ценологическое направление было упразднено. После распада СССР остатки разработок и разработчиков в том направлении были разделены границами новообразованных государств.

Собрав их данные, мы получили новый взгляд на почвенные процессы и доказали возможность управлять процессом плодородия. Построив агротехнологии на основе НОВОЙ системы представлений, мы на своих полях смогли это сделать; независимо от нас это сделал и целый ряд передовых агротехнологов и фермеров.

Деградация почв

Это основная причина снижения эффективности минеральных удобрений. Величина живой биомассы в целинных почвах РФ колеблется от 25-30 т/га на Юге России до 12-15 т/га в центральных районах. В результате хозяйственной деятельности человека в системе основной агротехнологической модели эта величина упала до 2,5-1,5 т/га. В настоящее время уже появился и используется термин «мёртвые черноземы». Потеря гумуса за счет минерализации происходила и происходит как раз за счет неразложившейся органики, определяющей состояние живой биомассы почв. Степень распаханности земель в РФ составляет от 25 до 75% в зависимости от региона. Потеря 15 т биомассы на гектаре – это потеря 1 500 000 000 т биомассы на 100 млн га обрабатываемых в РФ земель. Живая биомасса – один из основных факторов устойчивости и продуктивности почвенных биоценозов, и потеря миллиардов тонн живой биомассы делает общую ситуацию крайне неустойчивой.

В начале 2000-х годов американцами был запущен термин «здоровье почвы»

В интерпретации академика Михаила Соколова «здоровье почвы» как основы наземных экосистем – это функция её экологической устойчивости. Она определяется набором качеств:

  • оптимально сбалансированное и адаптированное к экоресурсам биоразнообразие почвенного биоценоза;
  • самоочищение почвы от загрязняющих веществ (осуществляемое их биотрансформацией и/или соокислительной деградацией, либо сорбцией поллютантов почвенно-поглощающим комплексом);
  • супрессия почвы – подавление сапротрофными микробами-антагонистами вредной биоты и фитопатогенной и микрофлоры.

Прокомментирую эти выкладки.

Сегодня у нас фактически не осталось здоровых почв. Использование химической модели земледелия привело к биологической деградации почв. Сегодня, к сожалению, в некоторых почвах отдельные виды микроорганизмов находятся на грани исчезновения. Их место занимают микроорганизмы, нетипичные для почвообразовательных процессов и неспособные к взаимодействию с растениями. Корни растений заселяют микроорганизмы, которые не «кормят» сельскохозяйственные культуры элементами питания, а паразитируют на растительном организме.

Последствия показательны: даже при достаточном обеспечении минеральным питанием растения не могут сформировать полноценный урожай.

Если существующие точи зрения на проблему корневого питания в агрохимии и земледелии сохранятся, то перспектива превращения почвы из «живого тела» в «мёртвый субстрат» неизбежна.

В последние годы мы столкнулись с эпифитотиями (эпидемиями) новых смешанных болезней растений, где патогенами выступают и патогенные грибы, и ряд бактерий, «вынужденно» перешедших к паразитизму. При анализе бактериального компонента обнаружено, что в природном агрессивном комплексе с патогенной бактерией Pseudomonas syringae присутствуют генетически модифицированные штаммы (ГММ) искусственного происхождения с высокой вирулентностью. Эффективных методов контроля новых патогенов отечественной наукой не предложено, и даже не разрабатывается. Реальное следствие этой ситуации – недобор урожая зерновых в стране до 40% и более, плюс огромные затраты на химические средства защиты, не дающие эффекта. Десятикратное (!) увеличение использования пестицидов с 2000 г. не привело к увеличению вала производства зерна.

Увеличивающиеся затраты на химическую часть гектарного бюджета в западном мире в том или ином виде компенсируется властями. У нас же это – некомпенсируемая часть затрат. Потери от уменьшения плодородия и от болезней растений из-за биологической деградации почв «съедают» рентабельность сельхозпроизводства.

Замалчивается негативное влияние на здоровье людей и животных токсинов, продуцируемых патогенными бактериями и грибами

Нам доступны научные результаты исследований немецкого происхождения, показывающие, что последние несколько лет из органов и крови человека выделяются патогенные грибы – возбудители болезней растений (см. работы проф. О. Монастырского (ВНИИ биологической защиты растений), акад. М.М. Левитина (ВИЗР)).

Токсичность продуктов питания и фуража для животных – не единственный аспект, который тревожит экологов. Несмотря на значительное уменьшение количества используемых минеральных удобрений по сравнению с советским периодом, мы имеем проблему: мощнейшее негативное воздействие токсинов патогенных микроорганизмов. Эти микроорганизмы заместили в почве агрономически ценные и супрессивные виды микроорганизмов. Смываемые вешними водами с полей, а также во время выпадения осадков, они оказывают негативное влияние на экосистемы рек и водных бассейнов. При этом экологи не всегда понимают, что им приходится бороться со следствием разрушенного биоценоза почв, когда почвы утрачивают биостабилизирующие и биорегулирующие функции в результате «химически-интенсивного» сельхозпроизводства.

Чтобы изменить ситуацию в сельском хозяйстве к лучшему, нужно принципиально отойти от модели Нормана Борлоуга

Говоря о проблемах отечественной сельхознауки, необходимо упомянуть, что она оказалась неспособной к переменам в эпоху 1990-х годов, при резком падении уровня государственного финансирования. Впрочем, после Перестройки какое-то время сохранялась часть экспериментальных хозяйств при научно-исследовательских институтах. В тот короткий период государство выделяло достаточно много денег.

Однако после начала трудностей с финансированием большая часть экспериментальных хозяйств перестала существовать – они стали существовать как обычные сельхозпредприятия, либо были распроданы, либо разорились, и часть земель перешла в залежи. Некоторые грамотные работники Россельхозакадемии уехали за границу. После сокращения финансирования руководством Россельхозакадемии была сделана попытка изменения устава академии, после принятия которого Россельхозакадемия самоустранилась от решения прикладных проблем в сельском хозяйстве и провозгласила приоритетным проведение исключительно фундаментальных научных исследований.

Иными словами, ученые отстранились от решения реальных проблем практиков. Когда в эпоху президентства Дмитрия Медведева власти попытались разобраться, почему у нас не решаются актуальные проблемы земледелия, и обратились с этим вопросом в Россельхозакадемию, от них последовал ответ, что подобными вещами академия не занимается, на ее плечах лишь фундаментальные исследования. За этим последовала череда скандалов, которые привели к объединению Россельхозакадемии и РАН и созданию ФАНО, однако насущных проблем сельского хозяйства это не решило.

Проблема продовольственной системы безопасности страны настолько серьёзна, что просто так от неё отмахнуться нельзя. Однако в системе существующих представлений и в рамках существующих экономических возможностей она не решается. В этом контексте проблему продовольственной безопасности никто не рассматривает. В настоящее время крайне необходима смена системы представлений и создание на их основе новой концептуальной агротехнологической модели сельского хозяйства.

За последние 30–40 лет основным драйвером развития сельскохозяйственных технологий в мировом сельском хозяйстве стали передовые фермеры, которые не боялись экспериментировать у себя в хозяйствах

Во всем мире такие фермеры являются движущей силой науки: учёные изучают и оценивают результаты работы такого фермера-экспериментатора, а потом подводят под эти результаты теоретическую базу. Собственно, и у нас когда-то это было: народный академик Т.С. Мальцев предложил систему минимальной обработки почвы, институт Бараева подвёл под это научную базу, и это стало внедряться по всей стране.

В США, например, сейчас очень успешно работает цепочка «фермер-экспериментатор — ученый — консультационные центры, тиражирующие опыт фермера». Система высокоэффективного сельскохозяйственного консультирования — одно из слагаемых эффективного сельского хозяйства. А в нашей стране система сельскохозяйственного консультирования, созданная «по образу и подобию» западной, чаще всего создаёт лишь видимость деятельности.

Альтернативные системы земледелия

Очень продуктивным, с нашей точки зрения, поиск агротехнологических идей и подходов может быть в области наработок в альтернативных системах земледелия от биодинамических моделей до систем землепользования без обработки почвы – No-Till и Zero-Till, в вариантах от аргентинского до австралийского. Площади их внедрения в мире значительные, а урожаи достаточно высоки и рентабельны. Биодинамические модели в одной только Австралии внедрены на миллионе га, а система прямого посева в мире применяется более чем на 150 млн гектаров. Представляет интерес изучение наработок советских учёных в «дохимическую» эпоху, т.е. до середины 60-х годов ХХ столетия.

Нам необходима система земледелия и технология выращивания культур, которая:

  • Обеспечивает достаточный уровень рентабельности растениеводства, дающей фермеру стимул и свободу действий;
  • Обеспечит восстановление и повышение почвенного плодородия, а не продолжит деградацию почвы;
  • Позволит будущим поколениям иметь почву с более высоким уровнем плодородия.

Крайне необходим диалог с властью

Участники диалога с властью сегодня:

  • референтная база, собранная из представителей аграрной науки, дающей неэффективные советы,
  • различные общественные советы, выражающие общественное мнение,
  • бизнес (имеющий свои интересы, временами отличные от государственных задач).

С нашей точки зрения, ни те, ни другие, ни третьи не могут подсказать выход из сложившейся ситуации.

Про монопольное положение неэффективной аграрной отечественной науки и её рекомендаций мы уже говорили. В связи с этим также учащаются упреки власти в непрофессионализме со стороны аграрного сообщества.

Общественное сознание не может принять факт, что отсутствие помощи государства отечественному хозяйству определено рядом объективных причин, где вступление в ВТО и принятые Россией обязательства не помогать отечественному аграрному производству являются обязательными к исполнению, т.к. частью 4 статьи 15 Конституции РФ установлено верховенство международных договоров над действующим законодательством России.

Также общественное сознание до сих пор не может принять следующее: несмотря на то, что с начала 90-х, когда в стране произошло изменение концепции государственной власти и изменение влияния государства на хозяйственную деятельность внутри страны, и прошло достаточно времени, в сознание общества еще не пришло понимание, что многие важные для него моменты власть перестала решать, и многие государственные решения имеют не директивный, а декларативный характер. Прежних организационных и финансовых механизмов управления ситуацией в различных отраслях народного хозяйства не существует.

Сформировались неверные взаимные ожидания власти и общества. Общество упрекает власть, что важнейшие моменты, где требуются немедленные решения и участие – забалтываются. Власти, со своей стороны, видят пассивность и нежелание следовать лозунгам, которые они выдвигают. Однако функции государства в системе защиты страны никто не отменял, также необходимо решать и увязывать постоянно возникающие проблемы в различных областях жизни страны. Депопуляция отечественного села, в первую очередь русского, интенсивность и масштабы этого процесса принимают характер катастрофы, и единственная причина этого – отсутствие доходности сельского труда.

Где мы видим необходимость государства в восстановлении и реализации своих функций для влияния на сельское хозяйство страны? Что осталось в ведении властей и требует наведения порядка? Что мы можем посоветовать с позиции системных экологов?

  1. Отсутствует достоверный фито мониторинг в государственном масштабе. Во времена СССР эффективно функционировал ВНИИ Фитопатологии под патронажем Госбезопасности. Достоверная информация по фитопатогенной ситуации в стране была под контролем государства и своевременно доносилась до сельхозпроизводителя. Существовали Государственные программы по защите растений от патогенов и вредителей. Сейчас фитомониторинг в масштабах страны - это маркетинг, где химические компании часто «впаривают» неэффективные препараты против тех или иных возбудителям болезней растений. Сельхозпроизводител и массово используют неэффективные или малоэффективные препараты против вредителей. Эту проблему необходимо срочно решать. На кону – значительное повышение рентабельности отечественного сельского хозяйства за счет минимизации потерь урожая и бессмысленной растраты финансовых средств на неэффективную «химию». Необходима переподготовка или обучение 150-200 специалистов-фитопатологов высокого класса с последующими их постоянными стажировками во ВНИИФ и поддержанием их постоянно в состоянии аллертности (эта система существует при подготовке/переподготовке врачей противочумной системы). Достоверный фитомониторинг в стране нужно восстановить. Ввести контроль над деятельностью и рекламой химических компаний, доведить достоверную информацию о препаратах до сельхозпроизводителей.
  2. Нет достоверной информации по производству тех или иных сельскохозяйственных культур. В аграрном сообществе зреет мнение, что многие статистические отчеты в сельском хозяйстве – недостоверны. Недостоверная информация (например, завышающая урожай) в условиях рынка совсем не так безобидна, как кажется, её влияние на формирование цен на сельхозпродукцию приводит к падению доходности сельхозпроизводства и вынуждает продавать продукцию по заниженным ценам.
  3. Механизмы, используемые для регулирования рынка, непрофессиональны и не выдерживает никакой критики. Рекомендуем изучить созданную в рамках «Нового курса» модель регулирования зернового рынка в начале 30-х в США нашим соотечественником 26-летним В.В. Леонтьевым по заказу американского президента Рузвельта.
  4. Поддержка государством сельского хозяйства осуществляется только в рамках «желтой корзины» ВТО. Возможность использования «зеленой корзины» ВТО не рассматривается (либо из-за непонимания, либо из-за нехватки опыта). В рамках системы внедрения новых технологий государство может использовать финансы «зелёной корзины», например для стимулирования метода применения сложных микробных препаратов-заквасок для разложения пожнивных остатков (соломы) и дотирование их использования в масштабах страны для восстановления почвенных процессов и борьбы с почвенными инфекциями. Финансы «зеленой корзины» ВТО используются для фитосанитарных мероприятий и восстановления экологии. Это могло бы стать драйвером для внедрения нового метода восстановления почвенного плодородия в условиях нехватки органических удобрений, и вполне вписывается в рамки буквы закона принятых международных соглашений.
  5. Ясных представлений о выходе из создавшейся кризисной ситуации в сельском хозяйстве государство, по-видимому, не имеет. И, возможно, полагает, что всё разрешится само собой.

С нашей точки зрения необходимо создание и продвижение новой модели отечественного сельхозпроизводства. Чем это будет – расширенной моделью Н.Борлоуга, или каким-то вариантом биологизированного земледелия с высокой рентабельностью, покажет время. И, конечно, кто-то должен эту модель собрать.

И кто-то должен всё это власти подсказывать.

Мировой опыт показал эффективность работы национальных агротехнологических институтов (как правило создаваемых под министерствами развития экономики) типа INTA в Аргентине, Бразильской сельскохозяйственной исследовательской корпорации Embrapa и ряда других в странах БРИКС, совершивших в последние 2-3 десятилетия грандиозный рывок в производстве продовольствия. Эти организации были созданы в диалоге со властью и поддержаны властью в своих странах.

Цель создания агротехнологического комитета при Национальной технологической палате в конце 2014 года - в консолидации усилий по созданию, сбору и внедрению современных Агротехнологий, которые помогут создать в России высоко конкурентное и высокорентабельное сельскохозяйственное производство.

Мы сообщаем, что поля истинной «трудовой славы», где внедрены наши новые технологии, и где урожаи удвоились, а рентабельность производства зерна достигает 200% и более, в России уже есть. Осталось дело за малым – сделать эти результаты массовыми.

Председатель агротехнологического комитета в Национальной технологической палате Александр Харченко 
+79153488810
inbioinfo@yandex.ru

Читайте также:

Поделиться

Баннеры

Наши спонсоры